ЛЮДИ — КНИГИ — ЛЮДИ

Глава 10. Библиотечные комплектаторы и наши красавцы-мужчины

Среди наших постоянных комплектаторов был и директор библиотеки ВТО Вячеслав Петрович Нечаев. Он был Верочкиным любимцем. Сколько глазок она ему состроила — не сосчитать. А вот я нагрубила ему прямо в самом начале нашего знакомства. В самые первые дни моей работы в магазине он вошёл в товароведку, когда там никого, кроме меня, не было. Естественно, я грозно зарычала: «Сюда нельзя!». Бедный Вячик (так мы его среди нас называли) совершенно растерялся, и залепетал что-то вроде того, что «меня тут все знают». «А вот я вас не знаю», — отрезала я. Вячик испугался и убежал к Галине Андреевне, в её комнату. Он был милым, умным и интеллигентным человеком. А я была молодой дурой и хамкой. Но мы буквально тут же подружились. Он был такой славный, мягкий, рыженький, уже немножко лысеющий, с пушистыми кудряшками вокруг плешки, с добрыми голубыми глазами за круглыми стеклами очков. По-моему, его очень любили его дамы в библиотеке. И мы тоже. Он часто выручал нас, забирая в свою библиотеку книги, которые мы просто не знали куда девать. И вообще с его приходом становилось как-то веселее.

Из Библиотеки Иностранной Литературы к нам приходил человек, который мне и тогда не нравился, и теперь не нравится. Время от времени я вижу его по телевизору, и испытываю по отношению к нему всё то же чувство неприязни. Это Николай Всеволодович К.. Впервые он появился у нас как комплектатор Библиотеки МГУ. Затем перешел в Иностранку. Потом перебежал обратно в МГУ. Потом снова перешел в Иностранку и окончательно осел там. Я и понять-то не сразу смогла, почему он мне так не нравится. Пожалуй, уж очень он важничал и строил из себя Бог весть какую персону. На нас и на нашу работу смотрел свысока, а уж этого я никак стерпеть не могла. Носил себя и строил позы, будто он Аполлон Бельведерский, а физиономия у него, на мой взгляд, просто плебейская и ужасно некрасивая. И свою работу он выполнял так, словно она была ниже его достоинства. Видимо он считал, что ходить по каким-то там магазинам и ковыряться в каких-то наших книгах — вовсе не его дело. Короче говоря, противный он был, вот и всё. Мы его не любили. Может быть, он и написал с тех пор парочку научных шедевров, однако приятнее он не сделался.

Зато из библиотеки НИКФИ (Научно-исследовательский Кинофотоинститут) к нам приходил необыкновенно красивый молодой человек, при виде которого я просто таяла. Звали его Володя Болотников. Он был хорошенький, как конфетка. Стройный, аккуратненький, с волной светлых волос над карими глазами. Черты лица правильные, голос ласковый, манеры приятные. Сразу было видно, что это мальчик из очень приличной семьи. Он был такой благовоспитанный, что я в его присутствии чувствовала себя просто уличной девчонкой. Он приходил не очень часто — иногда по делам Института, иногда по своим делам. Помню, как-то раз он пришел ужасно расстроенный: у него украли портфель, в котором лежала работа для издательства «Детская литература и какие-то документы. Я ему от всей души посочувствовала, потому что незадолго до этого у одного моего приятеля тоже увели портфель, где лежала часть его дипломной работы, которую ему написала я. Правда, потом позвонили и всё за десятку вернули. Ну, Володя как-то со всем этим справился, но мне жаль было, что я не могу ему нечем помочь. Затем он постепенно исчез с нашего горизонта, посыпались другие всякие события, я ушла из магазина и не думала, что нам доведется когда-либо встретиться. И вдруг через много-много лет он позвонил мне по телефону. Это очень приятно. Значит, он меня не забыл, значит, чувствовал моё особое к нему отношение. Ведь его звонок — это проявление доверия.

Если вспомнить наших мальчиков-красавцев, то вслед за Володей я бы поставила, пожалуй, Бореньку Е. Кажется, он был каким-то технарём. Девушки липли к нему по страшной силе. Он был высоким стройным блондином с удлиненными светло-зелёными глазами. Свою красоту Боря вполне осознавал, кокетничал с нами напропалую и часто приводил своих девушек в магазин. Он был женат, и жена его была очень милой, но не очень красивой молодой женщиной, по-видимому, отчаянно в него влюбленной. Мы все удивлялись, как она сумела выйти за него. Мне было её искренне жаль, он приходил к нам с такими красотками, что можно было умереть от зависти. С нами-то он кокетничал и болтал вполне невинно, а вот с этими красавицами, а? Но все равно, просто посмотреть на него было чистым удовольствием.

Третьим в этом ряду стоял Серёженька. Фамилии не помню, мы его так и называли — Серёженька, и все знали, о ком идёт речь, хотя Сергеев вокруг нас было пруд пруди, и все — Верочкины протеже. Этот Сережа не был красавцем в полном смысле слова, но у него при невысоком росте была очень хорошо вылепленная голова, энергичные черты лица и необыкновенно лучистые серо-зеленые глаза под темными бровями. Если он не улыбался, он выглядел почти суровым, а когда улыбался, показывал красивые зубы. Он был сыном какой-то из приятельниц Елены Павловны, и наша Верочка ему весьма мирволила. Его присутствие тоже весьма украшало наш магазин.

Среди наших красавцев был один, который хотел украсить собою наш магазин в буквальном смысле. Он говорил: «Если меня поставить в витрине магазина на улице Качалова, то все женщины Москвы прибегут к магазину». Звали это сокровище Владимиром Л., и такого глупого самовлюбленного павлина свет не видывал. Слов нет, он действительно был очень красив: у него были огромные синие глаза с длинными ресницами, темные волнистые волосы, спадающие чуть ли не до плеч, томный голос и томная повадка. Вообще он сильно косил под Оскара Уайльда, — носил черное долгополое пальто и даже опирался на трость, которая ему нужна была как рыбе зонтик. Иногда он приходил один, но это было редко. Почти каждый вечер он приводил в магазин новую девушку, сажал её в кресло в центре зала и начинал забивать пудрить ей мозги своими россказнями. По-видимому, он нёс такую несусветную чушь, что ни одна из них не решалась встретиться с ним во второй раз, несмотря на всю его красоту. Нас с Верой он однажды совершенно уморил жалобами на свои недомогания, а когда под конец он вытащил из-под своего шикарного пальто поллитровую бутыль с какой-то микстурой, мы с Верой от хохота сползли со стульев на пол. Володька обиделся на нашу бесчувственность, оскорблено запихнул бутыль под пальто и ушел, нарочно прихрамывая. С годами он выцвел и подурнел. Мне кажется, он мог бы по-настоящему сожалеть о том, что портрет Дориана Грея — выдумка.

Вообще всяких чудаков и просто психически ненормальных людей в нашем магазине встречалось порядочно. В глубине души мы считали, что нормальному человеку в букинистическом магазине книг на иностранных языках делать нечего.

© Жданова Татьяна Львовна
В рубрике: Мемуары. Постоянная ссылка.

Обсуждения:

2 Responses to ЛЮДИ — КНИГИ — ЛЮДИ

  1. avatar MikG:

    Спасибо за «маленький книжный мир». Здесь все привычно и безопасно: клички и прозвища, книжно-театральные дерзости, характеризующая шестидесятников манера делить всех на своих и чужих. Особое внимание людям. Но нет откровений. Нет родственных душ. Акцент на модные и дорогие штучки. (Книги на иностранных языках!) Здесь нет мира ощущений, или «Нет миру ощущений!». В основном обсуждение: «у кого, да что, да как». Где же она песня лихой юности? Где история познания мира? Классические фразы, характеризующие счастливую советскую жизнь: «мы ходили в магазин отнюдь не для того, чтобы работать» или «все трое в то время оказались разведены и не женаты, и у нас сложилась чудная компания». Настоящая свобода. Книги – знаменитости — ухажеры. Ухажеры – знаменитости — тряпки. «Секс в обмен на продовольствие». Про детей мало. Про любовь – увы, нет. Эта книга – история человеческого коллектива. И это ценно. «Производственные» мемуары с отсылкой к интимной жизни горожан. Еще раз спасибо за памятник советской эпохе. Жаль, что очень низкий (за Садовым кольцом не видно). Но это целая жизнь.

  2. avatar Галина:

    Прочитала про Галку-Сыр. Я ее хорошо помню. Она ходила на все концерты Шубарина, бросала цветы и быстро уходила прочь, да так быстро, что мы не успевали увидеть ее лицо. По этому между собой прозвали «Аленький цветочек» Потом она стала передавать нам через лифтера какие-то фирменные сигареты,орешки и чинзано… Купить это можно было только на чеки в магазине Березка. Однажды мы ее все же «отловили» и притащили домой. Володю она просто «боготворила» меня, как жену… терпела… На вопрос «откуда у нее чеки», ответила, что ей на ее сына мужчина пересылает ей ежемесячно ( вот не помню или 10 или 20 чеков) на содержания «косолапки» (так она обозначила ребенка) и она с ним делит эти деньги пополам и на свою половину покупает презенты Шубарину… Прочитала и все сразу вспомнилось до таких вот подробностей….

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *